Церемония настолько нас утомила, что едва она окончилась, как мы направили свои стопы в бар Комммершл Хауз. Именно там Уэст, хотя он и был сильно подавлен смертью противника, снова заговорил о своей удивительной теории. Наступал вечер, и большинство студентов разошлись по своим делам, Уэст же убедил меня провести еще одну "незабываемую" ночь... Хозяйка, у которой Уэст снимал комнату, видела еще одного субъекта, которого мы тащили на своих плечах, возвращающимися около двух часов ночи. Она не преминула заметить своему мужу, что мы, несомненно, неплохо погуляли и выпили. Эта сварливая мегера имела все основания для подобного заявления, так как за три часа до рассвета весь дом был разбужен криками, доносившимися из комнаты Уэста. Когда хозяева выломали дверь, то увидели нас обоих, лежащих без сознания на заляпанном кровью ковре, побитых, исцарапанных и истерзанных, среди осколков стекла и разбросанных инструментов. Лишь открытое окно указывало на то, куда мог исчезнуть злодей, и тут же возникал вопрос, в каком состоянии он был после этого фантастического прыжка с третьего этажа. В комнате на полу были разбросаны предметы какой-то странной одежды. Придя в себя, Уэст заявил, что они не принадлежат незнакомцу, а являются лишь образцами для бактериологического анализа и используются при обнаружении разносчиков болезни. Он приказал сжечь их как можно скорее. В полиции мы заявили, что не знаем имени нашего позднего гостя. По словам Уэста, это был симпатичный незнакомец, который повстречался нам в баре. Мы великолепно развлеклись, и ни я, ни Уэст не хотели бы, чтобы у нашего приятеля возникли какие-либо неприятности.

В ту же ночь в Аркане произошло еще одно ужасное событие, которое в моих глазах затмило даже эпидемию.

Кладбище Крист Чеч явилось ареной жестокого убийства: кладбищенский сторож был зверски убит, и его раны наводили на разные мысли относительно их происхождения. Было ли это делом рук человеческих? После полуночи жертву видели еще живым и невредимым, а на рассвете нашли его труп. Был допрошен директор городского цирка, находящегося неподалеку, но он поклялся, что ни одно животное не покидало ночью своей клетки.